В четверг вечером, за пять дней до промежуточных выборов 3 ноября, в слабо освещённом синим светом складе в Бруклине собралась пёстрая публика: журналисты, разработчики, сторонники политических инициатив. Мероприятие «Midterm Madness» организовала медиакомпания Newsreel, основанная бывшим журналистом Forbes и Newsweek Джеком Брюстером. В программе — fireside chat о «состоянии внимания» с Кеннетом Шленкером, сооснователем приложения для фокусировки Opal, прогноз выборов от Ариана Банджана, автора программного обеспечения для управления кампаниями Barza, а также панельная дискуссия о центрах обработки данных.
Брюстер объяснял цель вечера просто: чтобы люди «убрали телефоны и поговорили друг с другом о выборах». Однако по мере того как вечер продвигался, одна тема поглощала практически все разговоры — AI, центры обработки данных и нарастающее недовольство технократией.
200 миллиардов долларов на паузе
Свежий отчёт Data Center Watch зафиксировал, что в первой половине 2026 года почти $200 billion проектов по строительству центров обработки данных были задержаны, заморожены или заблокированы из-за политического и общественного сопротивления. Штаты Пенсильвания, Джорджия, Техас, Нью-Йорк и Вирджиния рассматривают дополнительные ограничения и требования к прозрачности вокруг стремительного развития инфраструктуры. Только во Вирджинии, которую уже прозвали «столицей центров обработки данных мира», запланированы сотни новых объектов.
«Пусть выступают перед Конгрессом»
Тон вечеру задала fireside-беседа с членом городского совета Нью-Йорка Чи Оссе. AI зашла в разговор лишь к концу: Оссе признался, что не пользуется им. При этом он не позиционировал себя ни «за», ни «против». Основной акцент — на подотчётности: он хотел бы видеть, чтобы топ-менеджеров технологических компаний больше привлекали к ответственности, а триллионеры вроде Илона Маска платили больше налогов. Назвав себя демократическим социалистом, но социалистом «закона и порядка», Оссе сказал, что когда CEO говорят о технологии, способной «истощить 10 % человеческой цивилизации», их «должны вызвать дать показания перед Конгрессом».
«Кто здесь за центр обработки данных для AI?» — и зал загудел
Следующим выступлением стала панель с исследователем технологий и прав человека Майей Волухем и защитницей экологии и общественного здоровья Хилари Флинт. Автор статьи, выступавшая модератором, решила «прощупать» зал и задала вопрос: «Кто здесь за центр обработки данных для AI?» — и тут же получила бумеранг.
Разговор охватил широкий круг тем и эмоций:
- Люди возмущены тем, что крупные технологические компании, по их мнению, заключают секретные сделки с местными чиновниками ради строительства центров на миллиарды долларов.
- В ряде случаев правила зонирования не дают жителям понять, что именно строится, пока не становится слишком поздно для протеста.
- На фоне роста стоимости жизни и попыток удержать остатки американской мечты лидеры техиндустрии говорят о том, что AI заменит рабочих, а то и само человечество.
- Жители чувствуют потерю контроля над происходящим в своих районах и опасаются экологических и медицинских рисков.
Панель сошлась во мнении: центры обработки данных стали физической инкарнацией страха и гнева по отношению к техноклассу и темпам технологического развития. Когда разговор зашёл о выгодах, которые некоторые сообщества уже получили от строительства, Флинт задала вопрос: «Во сколько стоит жизнь?» Люди продолжают протестовать, потому что, по её словам, «оценивают свою жизнь чуть выше, чем временную выплату».
Профсоюзы, ржавый пояс и «отсутствие согласия»
В следующей панели участвовали ведущая NewsNation Батя Унгар-Саргон, политический стратег Моррис Кац (работавший в кампании Зохрана Мамдани) и журналист Vox Астид Херндон. Формально тема — будущее Демократической партии, но разговор снова ушёл в центры обработки данных.
Унгар-Саргон отметила, что некоторые профсоюзы поддерживают строительство, потому что оно обещает рабочие места. При этом, как показывают данные, эти места не являются постоянными — после завершения строительства они исчезают. Она вспомнила, как в ржавом поясе гордились «ужасными, огромными зданиями», потому что все там работали: «Они знали, что это здание означает процветание для них, стабильность для их детей, будущее и кусочек американской мечты».
Херндон напомнил, что Вивек Рамасвами получил бумеранг в Огайо, когда высказал похожую мысль. «Я хочу подчеркнуть отсутствие согласия, которое здесь происходит, — сказал он. — Потому что это правда среди республиканцев в тех местах, и я это наблюдал». Кац был ещё резче: «Это те же самые люди, которые забрали столько рабочих мест у профсоюзов. Те же самые институциональные силы, которые обокрали трудящихся и рабочих людей. А теперь возвращаются, чтобы доделать работу и забрать оставшиеся крохи».
«AI стала избирательной темой для обычных избирателей»
Вдоль стен склада были развешаны стикеры с ответами на вопросы. Один из вопросов: «Сможем ли мы когда-нибудь вытеснить большие деньги из политики?» На стикере: «Боже, надеюсь, что да».
Когда панели закончились и зазвучала техно-музыка, люди разбились на небольшие группы — и AI с центрами обработки данных снова стали темой, на этот раз в более частных разговорах.
Брюстер, которого спросили, удивлён ли он тем, как много внимания уделили AI, ответил: «Это всплывало в каждом разговоре на сцене, и это вторая по частоте тема в вопросах, которые люди присылали при регистрации». При этом он подчеркнул, что это происходит даже в Нью-Йорке, где центры обработки данных не так заметны. «AI стала избирательной темой для обычных избирателей, — сказал он. — В сельских сообществах бумеранг — это ощущение, что тебя заменяют. В таком месте, как Бруклин, вопрос скорее о том, кто на этом разбогатеет».
Оранжевый ноготь и драконы в палисадниках
Перед уходом автор статьи обходила гостей с вопросом: «Что самое безумное вы видели в технологиях в этом году?» Два техно-основателя назвали стартап AI-ассистентов Instinct; один нетехнолог назвал Сэма Альтмана. Другая участница упомянула рост deepfakes и AI-арта: по её словам, AI-арт начинает ассоциироваться с дешёвостью. Возможно, поэтому люксовые бренды идут в другую сторону: праздничная кампания Prada построена на рукописных иллюстрациях, а Hermès в Instagram выставляет работы мастеров ручной работы.
На выходе автор заговорила с инженером-программистом, которая рассказала, что самым безумным в этом году для неё стал человек, нарисовавший ногти оранжевым к Хэллоуину и получивший вопрос, не дань ли это уважения IPO Anthropic. Автор призналась, что сама однажды надела платье цвета выжженного апельсина и на мгновение представила себя логотипом Claude.
А потом инженер добавила: центры обработки данных появляются и в её родном городе в Южной Калифорнии. Услышав это, автор впервые задумалась, как бы отреагировала, если бы такой объект вырос у неё под боком. Инженер выросла в сообществе китайских иммигрантов, где соседи вывесили в палисадниках таблички с изображением драконов, душащих центр обработки данных. Таблички, по её словам, уже перевели на другие языки.